Впечатления

От тех, кто доблестно боролся с буквами, со смыслами,
с собой... и победил



Антонина Казакова, социальный психолог, модератор
Стала «сама себе тренером»
Писать теперь не просто хочется, писать – не страшно.
Когда-то я писала дневники, лечилась от любовной драмы. Потом было много текстов по работе, суховатых, засоренных канцеляритом, нормальных, но не увлекательных.

А тянуло писать иначе и о другом: о личном, о людях, о жизни. Я проводила вечера в барах как Хемингуэй, накапливала в планшете идеи и черновики, показывала что-то друзьям, получала одобрение, а чувствовала неудовлетворение — «совсем не то».

До и после курса — это не разные тексты, это разная я.

Язык стал более осознанный, чистый, в моей голове поселился строгий редактор, который без сомнений вычеркивает лишнее и шаблонное, следит за логичностью и подсказывает свежие тропы. Писать теперь не просто хочется, писать – не страшно.

Мне хотелось бы продолжать и продолжать, жить в постоянном творческом тонусе из-за новых еженедельных заданий и групповых разборов. Но курс закончился, мы «прокачались», и теперь я сама себе тренер. У меня есть понимание, инструменты и вдохновение для того чтобы творить новые тексты. Большое спасибо за все это Тимуру! Дальше будет практика, практика и еще раз практика.

Неожиданный побочный эффект курса: сильная жажда чтения.


Юлия Коровски, журналист
Устроилась на любимую работу
«Легко не будет» — сообразила я и огорчилась.
— Я не знала, как пишут тексты, когда случайно попала на курс к Тимуру Аникину. Сейчас я работаю журналистом и вспоминаю советы Тимура каждый день. Он научил сокращать всё, что сокращается, собирать информацию, продумывать структуру материала и делать аутлайны, думать о читателе, использовать образы, разнообразить ритм текста и бороться с «писательским ступором». Самое главное — мне показали, у кого ещё можно учиться и на что нужно обращать внимание.

Он глубоко меня опечалил: я поняла, что качество текста зависит во многом от того, сколько времени ушло на обдумывание. Оказалось, хорошие статьи получаются, если долго и упорно упражняться. «Легко не будет» — сообразила я и огорчилась. Но потом заметила: мои тексты стали чаще хвалить. Так что я решила нарабатывать опыт и совершенствоваться. А за советом, если нужно, прибегаю к Тимуру.


Алиса Кузнецова, добрый коп
Спасла свой следующий отпуск
Такое чувство, будто на двадцать восьмом году жизни я внезапно научилась думать.
— Вот вы что больше всего в школе ненавидели? Если спросить меня, вне конкуренции, конечно, химия, а сразу за ней — план сочинения. Очень странная штука. Должен помогать думать, но вместо этого вызывает чувство бессилия.

Поэтому я жульничала: писала текст сразу, а потом подгоняла под него план. Получалось хорошо, но медленно. Но хорошо!

Жизнь не готовила меня к тому, что старый трюк перестанет работать. Темы, которые волнуют и подбивают высказаться, стали сложнее. Потратив как-то раз недельный отпуск на несчастные пять тысяч знаков, я осознала масштаб проблемы. Но со стороны-то её не видно. Меня даже на работу взяли, почитав посты в фейсбуке. Разоблачение казалось неизбежным.

И тут научная журналистка Коровски написала пост про курс письма, с которого она начинала свою карьеру. Я решила, что тут меня спасут. Так и вышло.

Проблема с планом школьного сочинения в том, что в него укладывается только готовое, оформленное мнение. А если ты ступаешь по новой территории и сам не знаешь, как всё обернётся, нужен совсем другой подход.

Я научилась разделять подготовку, письмо и редактуру, и мне наконец стало ясно, откуда берётся структура, как она рождается из исследования, из фактуры. Никаких формальностей, всё логично. В каждый момент времени я знаю, что делаю, а если испытываю замешательство — понимаю, на что переключиться, чтобы работа не останавливалась.

Такое чувство, будто на двадцать восьмом году жизни я внезапно научилась думать. И меня подвели к этому бережно и с юмором.

Павел Бубенцов, программист
Поменял убеждения
...без единой запиночки или помарочки, и сразу же в идеальной логической последовательности.
На курсе я оказался из-за убеждения, что талантливые писатели выдают тексты, что называется «с наскока». Просто садятся и начинают тоненькой и ровной струйкой выливать на бумагу интересные и легко читаемые тексты, которыми потом все вокруг восхищаются. Причем выливать быстро, одним безупречным росчерком, без единой запиночки или помарочки, и сразу же в идеальной логической последовательности.

У меня так не получалось никогда, я хотел узнать в чем же секрет. И я все узнал.

Я сам, своим умом, осознал: как писать тексты НЕ НУЖНО; как беспощадно сокращать, и сокращать, и еще сокращать; почему нужно бояться канцелярита и казенного языка; зачем нас мучили метафорами и эпитетами на уроках литературы.
Дина Шапиевская, бизнес-консультант, тренер
Храбро вооружилась тяпкой
...я любила писать с детства, но заняться этим всерьез не хватало смелости.
Лучшая метафора курса для меня — книга «Таинственный сад» английской писательницы Фрэнсис Бёрнетт. Эта история о том, как душа оттаивает, если трудишься над чем-то важным и настоящим.

В романе десятилетняя Мэри от одиночества и скуки начинает ухаживать за заброшенным садом в угрюмом поместье своего дяди. Сад расцветает вместе с Мэри — она учится заботиться, отдавать, ценить дружбу и радоваться каждому дню. Писательство — мой «таинственный сад»: я любила писать с детства, но заняться этим всерьез не хватало смелости.

Курс помог найти ключ и открыл калитку, вооружил секатором и тяпкой. Тимур тепло и с юмором поддерживал нас, подсказывал, как вытащить из текста очередной сорняк. Сейчас я чувствую, что в саду наступила весна — работа с текстом воодушевляет и увлекает. И хотя приходится бесконечно рыхлить землю и нудно снимать гусениц с веток, сомневаться, искать ответы, мучиться вопросом «что же я хочу сказать?», счастье писать и выражать себя — настоящее чудо.
Елена Злобина, UI-дизайнер
Загнала в угол внутреннего критика
...иногда давал волшебного пинка — эту важную часть образовательного процесса.
— На курс к Тимуру я пришла, чтобы вспомнить, как писать тексты на русском языке (годы жизни за границей сильно подорвали эту мою способность), но в результате получила нечто большее, намного более полезное — внутреннего Тимура. Для меня, как и для многих людей, умение использовать разнообразные выразительные средства и подходящие синтаксические конструкции – проблема вторичная. Сначала надо победить внутреннего критика и вообще начать писать.

Тимур подробно разобрал со мной эту проблему, посоветовал полезную литературу и способы преодоления внутренних барьеров. И просто иногда давал волшебного пинка — эту важную часть образовательного процесса, которую так трудно получить без посторонней помощи.

От внутреннего критика я окончательно не избавилась, это не происходит за несколько недель. Но теперь ему противостоит внутренний Тимур, который успешно помогает справляться с внутренними блоками и тратить намного меньше времени на прокрастинацию.
Андрей Столяров, Product Manager
Прихватил точильный камень
Уже после нескольких занятий я иначе подбирал слова на письме, да и говорил поживее.
Пройдясь после восьмого урока по своему же тексту из первого, не оставил камня на камне, — значит, учился не зря.

На курсе я хотел научиться совмещать краткость c понятностью в рабочих документах и переписке. А ещё оживить свою устную и письменную речь, мертвецки деревянную из-за этой самой работы с её прагматизмом и простейшим английским.

Уже после нескольких занятий я иначе подбирал слова на письме, да и говорил поживее. Научиться учиться — как мыслить и писать публицистические тексты — про этот курс, безусловно. Но кроме такой «базы» вот ещё два существенных приобретения лично для меня:

  1. Упражнения точильным камнем прошлись по первейшим писательским инструментам. Теперь ясно, как задать общую форму текста, отсечь мертвечину, придать глубину через образы, оценить «творение» со стороны.
  2. Я почувствовал, как именно мне лучше всё это разнообразие применять. Осилил рассчитывать полный объём текста по тезисам — сэкономил время на переписываниях. Проработал коллекцию своих вредных привычек на письме — тексты чище уже с первого наброска.
Не ждите серебряных пуль. Готовьтесь упорото упорно затачивать писательские лезвия, чтобы уничтожать словесных мертвяков и рассекать метафоры на лету. Оно того стоит.

А ещё Аникин (нет пятнадцатому повтору имени на странице отзывов!) работает душевно и умеет слушать людей, такая человечность в редакторе особенно радует. Переходите на верную сторону [писательской] Силы!
Ирина Поминова, аналитик в энергетике
Выяснила, что не все потеряно
Сколько вы сможете взять от этого курса, напрямую зависит от вас
Тексты живут своей жизнью? Как неожиданно! Мы пишем для других людей? Еще более. Лицом к лицу лица не увидать…но не все потеряно.

Этот курс заставил взглянуть на свое творчество и его цели под другим, более реалистичным и объективным углом. И это было самое ценное. Стала более четко и даже логично отвечать на возникающие по работе запросы.

В качестве бонуса — более чем приятное и свободное общение с интересными людьми, стремящимися к самосовершенствованию. Хотя, может быть, мне здесь и повезло.

В том, как организован курс и это общение, конечно, основная заслуга его автора — большого профессионала и замечательного наставника.

Сколько вы сможете взять от этого курса, напрямую зависит от вас — вашей готовности работать над своими опусами, и времени, которое вы готовы ему уделять. Данный курс не сделает вас «солнцем русской поэзии», но определенно поможет писать лучше и, что не менее важно, понимать, зачем и как вы это делаете.
Юлия Захарова, клинический психолог
Неожиданно кое-что сдвинула
Работа с текстами из вспомогательного навыка приобрела самостоятельную ценность.
В отечественной психологии есть своя фишка — теория деятельности. Один из ее концептов называется «сдвиг мотива на цель».

Я — клинический психолог, и очень люблю свою работу. Мне нравится, когда у меня много клиентов. Не то, чтоб я рада, когда у людей несчастья, тревожные расстройства, депрессии, кризисы, расставания и тяжелые решения. Но такие вещи все равно происходят, а у меня хорошее образование, большой опыт, и я действительно эффективно помогаю людям.

Я никогда не занималась самопиаром. Мне казалось, что надо только хорошо работать, а практика будет увеличиваться сама. Она и увеличивается, просто очень медленно. В какой-то момент оказалось, что даже для сарафанного радио надо иметь хотя бы сайт-визитку.

Психотерапия — один из основных смыслов моей жизни. С позиции теории деятельности психотерапия — один из ведущих мотивов моей деятельности. Для реализации этого мотива мне нужно было наполнить свой сайт. Я пришла на курс, чтобы научиться хорошо писать тексты, это было моей целью.

Обучение было настолько интересным, что произошел сдвиг мотива на цель — цель стала самостоятельным мотивом. Работа с текстами из вспомогательного навыка приобрела самостоятельную ценность, превратилась в отдельный мотив. Очень ценно, когда в жизни появляется еще один мотив. Это бывает нечасто и сродни чуду.

Тимур, я думаю, что это произошло во многом благодаря твоему курсу и таланту. Спасибо тебе большое!
Екатерина Торгашова, недавняя студентка
Избавилась от заблуждения
После курса я поняла, что мне еще нужно многому научиться, что писать — это нелегкий труд.
Раньше я думала, что писать очень легко. Просто нужен талант. Так что, если таланта нет, считай, жизнь прожита зря, думала я. И главная моя проблема: с самого дня окончания университета у меня нет работы. Поэтому я и записалась на курс текстописания.

После курса я поняла, что мне еще нужно многому научиться, что писать — это нелегкий труд. Если я с достоинством преодолею главное препятствие (лень), то, может быть, из меня что-то получится.

Огромное спасибо Тимуру за его советы и за те ошибки, которые он у меня нашел.
Никита Трифонов, blockchain expert
Понял, в чем дело
А я-то думал, мои проблемы — это только запятые и скудный словарный запас.
Меня все чаще задевало безразличие к сказанному мною. Казалось, что я говорил ясно, без воды. Как надо, не отвлекаясь на мелочи. А слушатели меня не понимали. И, похоже, соглашались только из уважения. Я осознавал проблему, но причину выделить не получалось.

Оказалось, что и пишу я так же. Всё предельно сухо и твердо, хотя и по делу. Вместо развесистых и пышных «букетов» получались прямые «палки». Вместо «пейзажа» — словесный чертёж. А ведь хочется внушать идеи и зажигать сердца. Благо и идей, и сердец — в достатке.

Я считал, что вдаваться в детали не обязательно. И так всё понятно. Читатель ведь не глупый, а я в сохраненное за счет «рюшечек» время смогу уместить больше данных. Я сокращал мысли, оставлял детали на додумывание. Я разил читателя канцеляритом, сам того не осознавая. В самом деле, я же не Паустовский, чтоб каждую букашку или полянку описывать на девяти страницах. Я старался выразить мысль сразу и максимально сжато. Из-за этого долго подбирал слова, нервничал, сбивался.

И только на этом курсе я осознал истинное назначение красок и эпитетов, деталей и дополнений. Первые разборы сразу показали, что и как нужно исправлять. Стало отчетливо видно, как юридическо-бюрократический канцелярит уродует речь. А я-то думал, мои проблемы — это только запятые и скудный словарный запас.
Сергей Пшеничный, инженер-конструктор
Перепрыгнул страх
Я сделал очень большой шаг в правильном направлении.
Для меня написать сочинение — сплошной страх. Это чувство, которое мне очень сложно превозмочь.

Всегда в голове крутятся вопросы: «Как написать?», «Что написать?», «Как же на это отреагируют читатели?».

Курс, на который я попал, позволил мне переломить, переступить, перепрыгнуть через это чувство (чувство страха). Я понял, что ежедневная практика написания текстов, изучение множества материалов и чтение хороших статей, книг и т.д. — могут устроить переворот в голове.

«Ведь что происходит?» — спрошу я вас. Мы стали заложниками коротких сообщений, бесчувственных текстов. Они перестали быть интересными, ёмкими, точными, находчивыми, искрометными. Они превратились, словно московская погода, в бесцветную массу, где нет места цветным картинкам и эмоциям.

Увидел ли я изменения в своих текстах после курса? Да, я сделал очень большой шаг в правильном направлении. Еще многое предстоит работать, менять себя к лучшему. Но начало положено и все благодаря «чудесным пинкам» невероятного человека.

Вывод прост: меняйте себя, повышайте свой уровень знаний у правильных людей. Вожак курса (Тимур), знает куда направить свое племя )))
Сабби Минзейн, медиаменеджер
Вспомнила детство
Зачем я шла на курс? У меня была четкая задача: начать писать легче и лучше.
Помните в детстве эти красивые тетради в косую клетку, где мы старательно выводили очередную букву или закорючку, доводя её до совершенства? Да-да, то самое «чистописание».
Когда впервые наткнулась на курс «текстописания», я ухмыльнулась про себя: «Будем тексты переписывать снова и снова, пока не станут идеальными?». Как же близка я была к истине…

Написать отзыв. Казалось бы, что проще? Однако после окончания «Учимся писать тексты» ты не можешь уже просто взять и написать. В голове звучит голос Тимура (на самом деле твой, имитирующий Тимура): «Редактировать, редактировать, редактировать», «Штамп», «Вернись к аутлайну»… И вот уже очередной скомканный лист летит в корзину.

Зачем я шла на курс? У меня была четкая задача: начать писать легче и лучше. Насчет первого я определенно попала «не туда». Теперь, когда пишу, в моей голове ворох вопросов, но, самое главное, после курса я вооружилась ответами. А это точно приведет к хорошим текстам, ведь буквы тоже не с первого раза получались.
Марина Пушня, PR-специалист
Не смогла сбежать
...мне казалось — мой мозг меня ненавидит.
Все началось с поступления на журфак, всегда мечтала писать крутые тексты. Высшего образования недостаточно, как оказалось. Дело шло к диплому, а писательские навыки мне были неподвластны.

Google помог найти курсы по написанию текстов, после чего и состоялось виртуальное знакомство с Тимуром. Я узнала много новой, интересной и полезной информации. Регулярные практические задания выводили из зоны комфорта, мне казалось — мой мозг меня ненавидит.

Были попытки сбежать с курса — отпуск, сессия, диплом и прочие причины. Не тут-то было, Тимур магическим и красноречивым способом призывал меня довести задуманное до конца. Прошла курс полностью несмотря на все препятствия. Это было круто!

Благодарю и восторгаюсь!
Ольга Титова, психолог
В поисках гаража
...помогает заняться тем, чем писателю и подобает, пока он ждет Музу — писать. И ясно объясняет, как это делать.
Люблю живых людей. Живых в том, как они ходят, едят, говорят, дышат. И особенно — пишут. Это они оживляют воображение, помогают узнавать в планете свой дом и зовут поглазеть на ночное небо.

Писать бы как Маркес, Брэдбери или Павич. Маркес мне даже снится. Улыбается, говорит громко и быстро. Не помню ни слова. Может, от того, что не знаю испанского? Обидно, и не попросить кого-то перевести — испанские звуки обронила, когда просыпалась, теперь на русские обменивать нечего.

После курса поняла, куда клонит Брэдбери, признаваясь, что подманивал Музу 10 долгих лет тем, что писал изо дня в день. Только после того, как каждый из дней получил дань размером в 1000 слов, человек превратился в писателя.
Курс помогает заняться тем, чем писателю и подобает, пока он ждет Музу — писать. И ясно объясняет, как это делать.

P.S. Хорошо бы еще запереться на полгода в гараже, как это делал Маркес. Надеюсь, тогда мне повезет и примерно через 4 млн. слов и 6 месяцев добровольного заточения, я выужу из памяти первые слова из тех, что передал Маркес во сне и напишу настоящий рассказ.
Олеся Тарасова
Посмотрела на мир иначе
...сокращать, упрощать, прорабатывать структуру и задумываться над словами и выражениями.
Для меня самыми приятными в жизни являются моменты, когда ловишь себя на том, что начинаешь воспринимать какие-то явления или процессы иначе – используешь новые критерии оценки, опираешься в выводах на то, о чём не думала раньше, и, в целом, мыслишь шире. Такое осознание не просто удивляет, а кажется настоящим волшебством, потому что ещё несколько недель, месяцев или лет назад для тебя не существовало целого мира. Я страшно зависима от ощущения того, что в тебе становится на одно видение больше, и для меня такое понимание — одновременно и наркотик, и драйвер к развитию. С курсом это тоже сработало.

Курс учит обращать внимание на то, что и как ты пишешь. При выполнении заданий оттачиваются навыки, необходимые для создания интересных, красивых и свободных от излишеств текстов. Уже на середине курса начинаешь оценивать свои тексты, руководствуясь разобранными на уроках принципами, — сокращать, упрощать, прорабатывать структуру и задумываться над словами и выражениями.

Есть в курсе и что-то магическое — такое, что вдохновляет на продолжение обучения после завершения занятий. Дома стало появляться больше литературы, которая помогает в писательском деле (часть из которой уже прочитана или в процессе). Взгляд всё чаще цепляют тексты: красивые, которые хочется рассматривать, и не очень красивые, которые хочется исправлять.
Екатерина Ломоносова, HR Business Partner
Решительно отказалась мухлевать
Есть инструменты, есть пути, есть конкретные советы и подсказки. Нет никаких загадок.
Люблю читать. Люблю писать. Всегда думала, что писательское мастерство – это загадка. И разгадывается она только с помощью волшебной палочки. Либо ты – волшебник, либо ничего не разгадаешь.

Курс «Учимся писать тексты» за два месяца научил меня, что мастерство – это работа. Есть инструменты, есть пути, есть конкретные советы и подсказки. Нет никаких загадок. Есть просто работа. Засучите рукава, найдите в себе нужную мотивацию и работайте.

Самой сложной в учебном курсе для меня оказалась сама учеба. Инструментов очень много, нужно их изучить. Чувствовала себя студенткой перед зачетом: хотелось смухлевать и не работать, часто думала, зачем это меня понесло учиться, да еще и летом. Спасала мысль, что потом станет легче писать. Действительно, стало легче. И это, конечно, только начало. Впереди еще много работы.
Сергей Маркелов, журналист
Временно завязал с шедеврами
Тоже садился и писал гениальный рассказ, потом еще один, но их никто не читал.
Супруга говорит, что к ней ВКонтакте стали стучаться знакомые и незнакомые девушки —просят разрешение добавить меня в друзья. Зачем? Говорят, хотят читать мои заметки в соцсети. Эх, мне бы этот навык лет шесть назад, до женитьбы…

А если серьезно: я дважды посетил форум молодых писателей в Липках, написал пару десятков рассказов, несколько повестей и даже роман, а делать записи ВКонтакте и facebook начал совсем недавно — крутой преподаватель по писательскому мастерству посоветовал вести блог, чтобы набивать руку. Ведь с десяток моих шедевров художественных текстов почему-то до сих пор почти никто не читал.

Раньше мне казалось: Бог чмокнул тебя в макушку и — все, ты крутой писатель. Садишься себе и пишешь шедевр, потом другой, устаешь и пишешь что-то посредственное, потом снова шедевр. Ну, да, я был наивным. Тоже садился и писал гениальный рассказ, потом еще один, но их никто не читал. Почему? — думал я. — Такой ведь талантливый текст.

Хороший текст, — возьмемся за еще одну похожую метафору, — как скульптура. Глина не поддается, если не работаешь с ней, не делаешь её пластичной – она так и останется сырой и бесформенной. Такие, кажется, элементарные вещи, а на практике я ими пренебрегал. Видеть образ в камне, чувствовать материал, держать крепко навыки-инструменты так бы и не научился — ваял бы себе истуканов, если бы не объяснили.

Объяснили, когда взялся за учебный курс «Учимся писать тексты» Тимура Аникина. Не скажу, что научили писать «Братьев Карамазовых – 2» – этому придется учиться долго, — а вот инструменты в руки дали, как этими инструментами пользоваться — показали, чтобы руки не тряслись. Теперь можно смело браться за камни тексты и замахнуться на Давида… хотя, не, на Давида пока страшновато.
Анастасия Руднева, консультант
Попала под отворотные чары
Захотелось бежать по улице и кричать «Эврика!», ведь это и была моя проблема.
— Я работала корреспондентом на ТВ и в газете, а качество текстов почти не улучшалось. Вела дневник, но и там всё «врала». Бывает у вас такое? Берёшь ручку и начинаешь писать не то! Как будто кто в глаза фонарищем светит, и невозможно выразить просто то, что есть.

Страх (например, боязнь читателя) убивает мысль. Выживают только штампы!

«Примерно то же происходит с … языком. Он становится уродливым и неточным потому, что наши мысли глупы, но неряшливость языка помогает нам держаться глупых мыслей» — увидела тут цитату Оруэлла, и захотелось бежать по улице и кричать «Эврика!», ведь это и была моя проблема. Это было два месяца назад.

От избитых выражений в текстах меня будто заговорили, отсушили. Пишешь письмо маме или пост в фэйсбуке и сразу думаешь: верны ли слова? как их поймут?

Я люблю познавать, но анализирую очень медленно. После курса информации надолго хватит: напоследок группе дали много классных материалов, которые не использовались в учёбе.
Мария Каргаполова, редактор
Осложнила себе жизнь
На работе я пишу довольно много, и после курса это стало труднее.
— Другие занятия отошли на второй план. После работы я словно школьница бежала домой делать «домашку». Почти каждое задание было сложнее предыдущего. Иногда это пугало, но потом я сдавала учебный текст с ощущением, что беру ещё одну высоту.

Упражнения показали мои типичные ошибки, и теперь я знаю, что с ними делать.

Мы подобрали инструменты практически для любой ситуации: с чего начать, как отредактировать, что вычеркнуть, как найти потерю логики. Всё всерьез, есть даже список учебной литературы!

На работе я пишу довольно много, и после курса это стало труднее. Теперь стыдно опираться на привычные «костыли» вроде избитых кем-то до меня штампов. Я больше думаю о целях и примерах, смелее вычеркиваю и перестала зависать посреди предложения. Конечно, на это уходит больше времени, но тексту это на пользу.

Мы с другими учениками быстро нашли общий язык, поддерживали друг друга. Каждую субботу я хохотала, читая учебный чат. Пыталась объяснить семейству, что меня так развеселило, но потом махнула рукой.

По закону жанра надо написать, что после курса мне постоянно предлагают работу в известных СМИ или просят написать колонку. За бешеные гонорары, разумеется. И жюри Пулитцеровской премии учит русский язык, чтобы лучше понимать мои тексты. Звучит прекрасно, но нет, чтобы выйти на высокий уровень, нужно гораздо больше времени.
Екатерина Михеева,
физик-экспериментатор
Перестала бояться текстов
Было сложно: требовали интересную публицистику и пресекали любой канцелярит.
— Раньше считала, что тексты должны разъяснять идеи и больше от них ничего не требуется. «Варилась» исключительно в профессиональной научно-технической литературе. Брела по лесу непроходимых цепочек отглагольных существительных и готовых словосочетаний – штампов. Я заразилась и уже не могла выразить мысль простым человеческим языком.

В начале курса было сложно: требовали интересную публицистику и пресекали любой канцелярит. Спасали ласковое обращение и дружелюбные однокурсники. Новой информацией меня буквально «накрывало» еженедельно. Ближе к концу курса мои тексты стали дружелюбнее к читателю, поселилась надежда — научиться можно. Теперь я знаю, как работать с текстом, чтобы стало и понятно, и не скучно, и красиво.

Благодаря курсу вдохнула свежий воздух, больше не боюсь своих текстов и полна энтузиазма тренироваться дальше самостоятельно. Спасибо Тимуру за вакцину!
Екатерина Пфлюк, бизнес-тренер
Столкнулась с неожиданным
Редактировала свои тексты я мучительно и очень долго. Это ужасно раздражало!
— Курс мне порекомендовала подруга: «Такая крутая движуха, ты же хотела научиться лучше писать тексты? Камон!». Я действительно хотела, а «лучше» для меня означало «понятнее», излагая мысль на бумаге, я часто сбивалась на что-то несущественное и теряла основную идею. Писать «лучше» значило еще и «быстрее», потому что редактировала свои тексты я мучительно и очень долго. Это ужасно раздражало! Желания тратить на редактуру лучшие часы, дни и годы своей жизни не было совсем... Так я решилась пойти на этот курс, где с первых же занятий столкнулась с неожиданным.

Оказалось, что писать быстро не получится — к каждому тексту нужен план и основательная подготовка. Еще нужно наработать с десяток разных навыков, и только тогда скорость письма начнет расти. «Как ты думаешь, так ты и пишешь», — эти слова Тимура постоянно пульсировали в моем мозгу. Иногда я видела результат своих усилий и вдохновлялась этими маленькими победами. Иногда я совсем не видела улучшений в текстах, но тут же получала новые инструменты, чтобы не буксовать и двигаться дальше. И шла вперед.

Сейчас я пишу более структурированно, чем раньше, и в разы быстрее. Я получила, что хотела, а также — приятный бонус — сняла свои писательские блоки, обрела привычку писать регулярно, полюбила метафоры (через боль, хехе), заразилась желанием развивать навыки дальше — читать рекомендованную литературу и писать, писать... И получать от этого труда удовольствие.
Евгения Голева, T&D manager
Первая, кто получил именной диплом ручной работы
Такой результат — не совсем то, чего я ожидала, однако именно его и не хватало.
— После курса я стала более уверенной в том, что я говорю и пишу. Потому что Тимур воспитывает одно важное умение, которое, казалось бы, всегда с тобой: тщательно размышлять на заданную тему. Думать. Прямо скажем, такой результат — не совсем то, чего я ожидала, однако именно его и не хватало.

Также заново открыла, что важно перепроверять факты и писать планы и черновики, нелюбимые ещё со школы. Это работает. Например, раньше читатели моего ЖЖ часто жаловались, что не поняли смысл написанного: текст начинался одной мыслью, перемежался другой, заканчивался третьей без переходов между ними. Тимур поделился приемами для контроля логики изложения, и мне хочется надеяться, что после курса я стала писать более связно.
Ирина Мулюкова, UX-дизайнер
Вспомнила, что чудеса случаются только когда их не ждешь
Только из работы над реальным живым текстом ты извлекаешь самые важные уроки.
— Вообще-то я рассчитывала на чудо. Хотелось, чтобы Хорошие Тексты получались у меня как-нибудь сами собой, без особых усилий, а работа над ними перестала напоминать долгие и сложные роды.

К сожалению, чуда не произошло. Выяснилось, что работа над текстом — непростое и небыстрое дело. Оно требует много кропотливого труда, нервов и сил. И от этого никуда не деться. Но зато этот процесс, оказывается, можно систематизировать, разбить на шаги. И Тимур поделился хитростями, техниками и упражнениями, с помощью которых можно очень упростить свою жизнь и облегчить Боль Сотворения Текста.

Самое важное в этом курсе, на мой взгляд, это постоянная практика. Тексты, написанные за время прохождения курса, не просто иллюстрируют учебный материал. Они и есть этот материал. Только из работы над реальным живым текстом ты извлекаешь самые важные уроки. Ты сам учишься на своих текстах, а Тимур лишь направляет, подсказывает и помогает ничего не упустить.